Литератор
» » Александр Поль: спаситель Екатеринослава. Ч.2
» » Александр Поль: спаситель Екатеринослава. Ч.2

    Александр Поль: спаситель Екатеринослава. Ч.2

    Александр Поль: спаситель Екатеринослава. Ч.2Александр Николаевич Поль, полная биография. Часть 2. Основатель металлургии Украины. Депутат и общественный деятель.

    Александр Поль: Подвижник из Екатеринослава

    Часть 2.

    См. Начало и Часть 3 (окончание)

     

    Таким образом, общий срок аренды – 85 лет, до 1958 г. Это чётко подтверждается документами, однако Д. Яворницкий неизвестно откуда берёт цифру 99 и указывает её в своей статье, а за ним это перепечатывают в своих биографиях А. Н. Поля И. Ф. Вертоградов, А. С. Синявский и «Российский биографический словарь» А. А. Половцева. И это далеко не единственное, в чём Д. Яворницкий погрешил против истины в своих воспоминаниях о Поле. 
    Лучше, чем сам Д. И. Яворницкий о себе, о нём не скажет никто. В 1913 г., когда чествовалось 30-тилетие его научно-литературной деятельности, Яворницкий признался: «...скажу вам по правде: Яворницкий-писатель не стоит и доброго слова; как археолог – он так себе; как человек – стоило бы быть намного лучшим; а вот Яворницкий-историк совсем плохонький. Но как собиратель археологического материала и, особенно, фольклора – на этом поле я кое-что сделал».
    Именно в том месте, где Александром Николаевичем были найдены первые залежи руды, около впадения Большой Дубовой балки в реку Саксагань, в с. Покровском в 1873 г. Поль возводит собственную усадьбу, кроме того, продолжает занятия животноводством, за что в сентябре 1874 г. награждается малой серебряной медалью министерства государственного имущества на губернской выставке в Екатеринославе «за рабочих коней, крупный рогатый скот и аспидную кровлю», а спустя двенадцать лет получает и большую серебряную медаль. Вскоре А. Н. Поль открыл великолепный, тонкий, нежный и эластичный горный лён, затем сухие пласты разноцветных красок по берегам речки Саксагани и, наконец, крупные породы граната. Основная разведка районов залегания руд была фактически завершена в 1874 г. Тогда же был составлен геологический план и разрезы Криворожской котловины с нанесением залежей железной руды. 
    С этого и начались «бедствия и слава» этого человека. Чтобы начать дело, нужны деньги. Но где взять средства на разработку криворожских руд? Сама мысль о горной промышленность в степи казалась дикой. Нужна была колоссальная энергия и твёрдая уверенность в успехе дела. Для получения денег под эту программу Александр Поль заложил практически всё своё имущество. Сразу же, став законным владельцем, он обратился к правительству с предложением начать регулярную разработку месторождения, сулящую многомиллионную прибыль. «Имущество, подобное Кривому Рогу не должно, по моему разумению, сделаться достоянием иностранцев; оно слишком ценно, и желательно оставить его влиянию благонадёжных русских людей», – настаивал А. Поль в письме министру государственных имуществ. Он не терял надежду на то, что ему удастся убедить правительство в надёжности месторождения, и продолжал беспокоить разные министерства и гражданские учреждения своими планами. Желая обратить внимание на месторождение, А. Поль собрал коллекцию пород, которая была доставлена князем С. В. Кочубеем в С.-Петербургский Политехнический музей. Однако коллекция криворожских минералов хоть и заинтересовала музейных работников, но практических последствий не имела. Больший резонанс имели анализы, проведённые в мае 1874 г. в лаборатории министерства финансов. Эти анализы были проведены по просьбе Поля с использованием именно тех образцов, которые были взяты из мест, указанных на карте Гартунгом. Они показали до 70% содержания железа.
    Пятнадцать лет положил Александр Николаевич на убеждение чиновников разных рангов в грандиозности криворожского месторождения. Отстаивая свои убеждения, он был твёрже открытого им гранита. Казалось бы, взошла заря нового промышленника, сулившая деньги, власть, известность. Казалось, всё прояснится, государство поймёт, какие богатства имеет страна, и начнётся разработка... Однако чуда не произошло: промышленная разработка залежей требовала огромных стартовых капиталов, – которыми А. Н. Поль не располагал, – а также людей и общественной поддержки. Он пытался привлечь отечественных промышленников и предпринимателей, однако все его усилия организовать в своей стране общество для разработки железорудных месторождений не увенчались успехом. Он хотел образовать горнозаводскую компанию, но не получил поддержки правительства. Всё это время ему не только не помогали, но и всячески мешали, распространяя нелепые слухи – делать это было тем более легко, что фактически Александр Николаевич был человеком небогатым и нетитулованным: в гражданском табеле о рангах титулярный советник равен современному званию лейтенанта. После очередной поездки Поля в Петербург, где он хлопотал о правительственной поддержке своего проекта, в Екатеринослав из столицы был направлен запрос о «благонадёжности и нравственных качествах» Александра Николаевича. Местный, Верхнеднепровского уезда исправник Браиловский расстарался ответом про Поля в Горный департамент, что, дескать, «его затея относительно криворожской руды маниакальна, поскольку он сам страдает расстройством умственных способностей». Так повелось у нас издавна: государственные дела часто решались не властями, а вмешательством мелких сошек.
    «Не стоит упускать из виду: рудники Кривого Рога суть единственные на юге России по количеству, качеству и необыкновенному разнообразию руд, и им суждено играть первостепенную роль в развитии всего южнорусского горного промысла. Без них не может обойтись ни один завод юго-восточной России», – доказывал А. Поль. Это ли не провидение на 150 лет вперёд? Но ни разумные речи Александра Поля, ни работа горного инженера Л. Штриппельмана не убедили правительство Российской империи.
    Общество Юза в те годы было единственным предприятием в южном регионе, выпускающим чугун и рельсы. Точно такую же задачу решал и Александр Поль в Кривом Роге: он пытался организовать добычу руды, построить металлургические заводы, обеспечить страну лучшим металлом. Если Джону Юзу российское правительство создало льготные условия, выдало кредит, бесплатно выделило казенные земли с залежами каменного угля, то Александр Поль всё делал сам, на собственные деньги, не получив от государства ничего: ни льгот, ни кредитов, ни поддержки – у нас никогда не ценили своих подвижников, своих пророков, своих гениев. Всем, кроме Александра Поля, были неинтересны его открытия. Он обращался на родине ко многим влиятельным лицам. Екатеринославские банкиры и капиталисты откровенно посмеивались над его предложениями и не хотели рисковать своими капиталами. Самому же Полю поднять громаднейшее дело было не под силу. Ситуация сложилась трагическая...
    С 1871 г., согласно исследованиям ведущего научного сотрудника Криворожского историко-краеведческого музея Александра Мельника, Поль организовал систематическую разведку железных руд в Криворожском бассейне за свой счёт, потратив на исследования, которыми занимался на протяжении всей жизни, более 20 тыс. рублей. Зимой 1872 г. он за свой счёт ездил за границу – в горнорудные регионы Франции, Италии, Швейцарии, Германии. В Саксонском горном институте за его счёт делают анализ привезенной им породы. Кроме того, в геологических разведках, проводившихся по поручению Поля и опять-таки за его счёт, в Криворожском бассейне нашли также железистый кварцит, бурый железняк, красную и магнитную железные руды, гранит, слюдяной сланец, горный лён, кровельный сланец, белую фарфоровую глину, чёрный углистый сланец, порфир, диорит, асбест, серу, медную зелень, каменную соль, горный хрусталь, бурый каменный уголь, аспидный сланец, графит, золотоносный кварц, минеральные краски, даже малахит. Уже один список этих богатств поражает. Чтобы оценить по справедливости эти усилия, довольно указать, что в течение 15 лет Поль из человека не только состоятельного, но и богатого пришёл к положению человека, всё имущество которого обременено обязательствами, превышающими их стоимость, и который находится на границе совершенного разорения и нищеты. К апрелю 1875 г. А. Н. Поль имел 18,6 тысячи десятин арендованной земли, непригодной для сельского хозяйства. Он потратил 150 тысяч рублей собственных средств, продал своё имущество, полученное в наследство от отца, чтобы приобрести у крестьян в аренду непригодные земли для добычи руды и платил за них как за чернозём – до 5 рублей за десятину и сверх того по 200 рублей. За долги была продана с молотка усадьба Поля в Дубовой балке, всё имущество Поля было заложено под обязательства, его самого одолевали кредиторы.
    7. Железная дорога и мост. Поиски инвесторов.
    Не успели в обществе затихнуть разговоры о «безнадёжном предприятии» Поля, как Александр Николаевич выдвигает новое, ещё более безумное в то время предложение. Он выступает с ходатайством перед правительством «о постройке железной дороги, которая могла бы соединить богатый каменным углем бассейн Донца с рудным районом Кривого Рога». А. Н. Поль предрекает краю блестящую будущность в промышленно-заводском производстве, но объясняет, что это зависит от проведения железной дороги. На собраниях Екатеринославского губернского земства Поль постоянно поднимал вопрос о постройке железной дороги и моста через Днепр. Его не останавливали ни пассивность министерства, ни отказы финансистов, ни равнодушие столичных чиновников.
    Из выступлений гласного А. Н. Поля:
    *Не только мы, но и все люди, которые приезжают в Екатеринослав, могут засвидетельствовать, что по обе стороны берегов стоят по 200–300 подвод; те, кто не заплатит по три рубля, тому никогда не удастся переехать. Бывает, подводы стоят по целым неделям... Это грабёж бедных крестьян.
    *Я полагаю, что, на основании точных статистических сведений, можно положительно доказать и довольно точно оценить, во сколько обходится населению губернии отсутствие моста в Екатеринославе; эти убытки, которые несет Екатеринослав и Екатеринославская губерния, могут быть оценены без всякой натяжки в ежегодную сумму потерь два или три миллиона рублей... Я знаю, что эта затрата со стороны государственного казначейства будет самая производительная: этот мост окупится в один год.
    Александр Поль: спаситель Екатеринослава. Ч.2*Господа гласные, если не ошибаюсь, то уже 13 год, то есть 13 очередная сессия со времени открытия земства, и не было ни одного земского собрания, где бы не поднимали вопрос об устройстве сообщения между двумя половинами нашей губернии, именно – о мосте через Днепр, о возможностях переехать с одного берега на другой.
    Примечательно то, что, несмотря на его активное продвижение этой идеи, министерства, банкиры-финансисты, чиновники не спешили давать разрешение на строительство и вкладывать деньги. Вероятно, понимали, что дело нужное, но боялись рисковать деньгами. И теперь в нашей стране сложно реализовывать идеи, уж больно крепка бюрократия.
    В октябре 1874 г. по просьбе Поля анализы криворожских образцов были сделаны профессором Дрезденского политехнического института Лихтентергером. Каждый следующий анализ лишь подтверждал, что первые результаты Поля, Фричче и Штриппельмана были не случайными. Наконец, неповоротливая государственная машина заработала, среагировав на бесчисленные обращения Поля, и в 1875 г. на Криворожье было отправлено сразу несколько экспедиций от министерства внутренних дел и от министерства государственного имущества. Все посланные основывались на выводах своих предшественников и не добавили к их результатам ничего нового. Мещерин в донесении в Горный департамент подтвердил первоклассность криворожских железных руд, не имеющих вредных примесей. Коллежский советник В. Домгер и горный инженер Д. Фельсько результаты своих неполных и несовершенных исследований вообще не опубликовали, и никакого влияния на дальнейшее развёртывание событий они не имели. Титулярный советник Фронцкевич в коротком отчёте не привёл точных результатов своих исследований, лишь в общих фразах подтвердил мнения Штриппельмана и Гартунга, подчеркнув, что «месторождения, вероятно, имеют все природные условия для выгодной и успешной их добычи». Наиболее детальный отчёт подал статский советник Носов. Называя криворожское месторождение вторым Уралом, он говорит о необходимости соединить Криворожье с другими регионами России железной дорогой. «Наиважнейшее условие – сделать доступными для промышленности магнитные месторождения Криворого Рога, – путём обустройства более удобных путей сообщения и проведения железнодорожных веток».
    Горный департамент в Санкт-Петербурге пришёл к выводу, что «в богатстве и благонадёжности этих месторождений нет никакого сомнения, а также и в том, что месторождения эти могут дать богатый материал для развития производства железа в Новороссийском крае с помощью каменного угля, который разрабатывается в Екатеринославской губернии. Но без железной дороги эти огромные залежи руд останутся лежать недоступным и мёртвым грузом». Свои выводы департамент подал на рассмотрение в министерство государственных имуществ и в министерство путей сообщения.
    Мнение департамента было необходимо министру путей сообщения для определения самого удобного направления сооружения железной дороги. Правительство, наконец, вняв поддержавшему Поля екатеринославскому земству, упорным, настойчивым хлопотам екатеринославских «ходоков», а также Первому съезду горных промышленников юга России, который в 1874 г. высказался за строительство железной дороги по предложенному Полем маршруту, 23 января 1875 г. постановило провести железные пути через Кривой Рог к Харьковско-Николаевской железной дороге. 
    А. Н. Поль закрепил за собой право на 22 тыс. га и считал, что со строительством железной дороги шансы на получения инвестора повышаются. В 1876 г. он подал на имя министра государственных имуществ П. А. Валуева прошение, где доказывал необходимость вытеснения ввозимого импортного металла и развития отечественной металлургии. Удешевление российского металла Поль обосновывал прямой зависимостью от дешёвого сырья, которым станет криворожская руда. Для её добычи он просил всего лишь разрешения создать акционерное общество. Вместе с прошением Александр Поль подаёт докладную записку «О создании Товарищества для устройства на Юге России заводов по изготовлению стали, железа и чугуна» с анализом существующей, по данным статистики, ситуации. Юг России, как доказывал А. Поль, нуждается почти в 10 млн. пудов чугуна, в то время как два существующих завода Пастухова и Юза дают лишь 300 тыс. пудов. «Таким образом, – пишет Александр Николаевич, – уже сейчас юг России требует устройства, по крайней мере, 30 таких же заводов, как указанные выше». Завод в Николаеве мог бы стать первым из числа тех заводов, которые должны возникнуть, поскольку для этого были все условия: донецкий уголь, криворожская руда и железная дорога, которая должна быть проведена в недалёком будущем. Южнорусская горная промышленность, основанная на минеральном топливе, со временем могла бы обогнать Урал по объёму производства. Кроме того, на Криворожье были найдены залежи медной руды, цветной глины, каолина и лигнита. А. Поль предлагал создать товарищество для эксплуатации всех этих минеральных богатств и построить не только чугунно-литейные заводы, но и заводы по изготовлению фарфора, фаянса, стекла, красок, огнестойких материалов.
    Екатеринославское земство просило соединить донецкий бассейн с Кривым Рогом железной дорогой через Екатеринослав (как настаивал Поль), а Горный департамент советовал выбрать направление через уездный городок Александровск (нынешнее Запорожье), что сократило бы длину путей на целых сто километров. Разница во мнениях на некоторое время задержало начало работ, правительству пришлось создавать две комиссии, которые на месте изучали условия вокруг Екатеринослава и Александровска. Изучение длилось до осени 1875 г., далее министерство путей сообщения принялось вникать в результаты, в 1876 г. приступило к созданию проекта. Полю удалось добиться проведения железной дороги через Екатеринослав. Однако из-за отсутствия финансирования дело не было доведено до конца, а начавшаяся Турецкая война (1877–1878 гг.) сорвала все планы. Строительство задержали на целых 10 лет.
    После окончания войны о проекте дороги совсем забыли. И снова начались метания А. Н. Поля. Он точно не ходил и не бегал, а как будто везде летал: то в столицу из Екатеринослава, то из столицы обратно, то к министрам от земства, то от министров назад. Тем не менее, долго все его ходатайства, доводы и доклады оставались совершенно втуне.
    В 1877 г. А. Н. Поль подал ещё одну записку на имя министра государственных имуществ А. Ливена. На этот раз записка была небольшая. Поль обречённо обращался по поводу выдачи ему хотя бы незначительного кредита и просил не оставить его просьбу без внимания. Он уже потратил на исследования месторождения больше 15 тыс. руб. и находился в критическом состоянии, вынуждаемый обстоятельствами оставить начатое дело. Сумма, о которой он просил, была небольшая, и просил он её не для себя, а на горную промышленность, развитие которой обернулся бы значительными доходами для государства, – как оно позже и произошло.
    Однако единственной реакцией правительства на выгодное предложение Александра Поля была командировка на Криворожье в 1878–79 гг. ещё одного горного инженера – Станислава Конткевича. По примеру своих предшественников Конткевич по приезду тоже обратился к Полю за консультациями. Александр Николаевич никогда не отказывался помочь, иногда даже сам водил приезжих по окрестностям Кривого Рога. При написании отчёта Конткевич охарактеризовал вклад А. Поля в изучение месторождения, привёл результаты его анализов, фактически подал ту же информацию, что и предыдущая группа инженеров. К его личным заслугам можно отнести то, что он впервые указал на значительные залежи железистого кварцита в бассейне р. Жёлтой, а также составил первую геологическую карту всего криворожского бассейна.
    С. Конткевич посоветовал Полю обратиться к французским предпринимателям для совместной добычи руды. Видя, что иного выхода нет, обанкротившийся, отчаявшийся, с неоднократно заложенным имением, 42-летний Александр Поль решает ехать в Европу на поиски инвесторов. Однако у него нет денег даже на поездку. Тогда он берёт деньги у ростовщика под тройной вексель, за неимоверные проценты в тысячу рублей. Но лишь после продолжительных поездок по разным странам ему удалось добиться сочувствия в Париже: знание многих языков, европейское образование, интеллигентность, поразительная память, умение просто, ясно, изящно излагать свои мысли, а главное – убеждать в выгодности предлагаемого дела помогли «покорить» Францию. В декабре 1880 г. в Париже между А. Н. Полем и группой французских капиталистов во главе с генеральным директором товарищества Парижско-Лионской железной дороги Полем Талабо и директором товарищества магнитно-железных руд Мокта-эль-Гадидом Альфонсом Парраном было подписано соглашение. Согласно с этим соглашением, создавалось закрытое акционерное товарищество на 80-летний срок. А. Н. Поль передавал кампании приобретённое им имение Гданцевку и заарендованные земли криворожской сельской общины.
    15 мая 1881 г. создаётся «Анонимное общество Криворожских железных руд» с начальным капиталом в 5 миллионов франков, который был разделён на десять тысяч акций по 500 франков каждая.  В Париже акции нового акционерного общества были раскуплены за 24 часа, их приобрели 30 человек, они-то и стали фактическими компаньонами. Российский капитал был представлен А. Полем, который получил акций на 500 тысяч франков за передачу обществу своих прав на арендованные ранее рудоносные участки. 
    В 1881-м Александр Николаевич выкупил богатые рудой земли у помещика Л. А. Шмакова – 500 десятин в районе Большой и Малой Дубовых балок, земли, непригодные к землепользованию. Шмакову принадлежала вся рудоносная полоса – от земли помещика Белокрысенко, на которой позже возник рудник Новороссийского общества (в советское время РУ им. Фрунзе, а теперь ОАО «Сухая балка»), до земли Галковских (прежний рудник им. Кирова). Полоса участка площадью в 30 га и в ширину около 300 м вдоль Дубовой балки как раз и была передана в концессию «Акционерному Обществу Криворожских железных руд» на 25 лет под разработку железной руды (право это так и не было полностью использовано).
    Став крупнейшим акционером общества, Александр Поль получил четверть всех акций и 1,250 тысяч франков. Это дало ему возможность расплатиться со всеми долгами и выкупить имущество из залога. В Европу Александр Николаевич уезжал нищим, домой возвратился богачом. Те, кто думают, что, восстановив частично утраченное состояние, Поль стал счастлив, глубоко ошибаются. Богатство как таковое интересовало его лишь как способ реализовать задуманное, возможность воплотить идеи в жизнь. Деньгами, полученными в Париже, он лишь рассчитался с кредиторами, а все оставшиеся средства вложил в развитие акционерного общества. Добыча руды, начатая Полем в 1881 г., ускорила постройку железной дороги, хотя на первых порах общественность и злорадствовала: «Вести из Кривого Рога. Поль, вопреки здравому смыслу, раздобыв деньги во Франции, начал разработку руды. Но из его затеи ничего не выйдет» («Южно-русский горный листок», 1881 г.).
    8. Расцвет Екатеринославщины. Признание заслуг.
    Когда возможность промышленной добычи железной руды Криворожья стала, наконец, приобретать реальные черты, начался новый виток страданий в жизни А. Н. Поля. Громаднейшие запасы руд, открытые на Криворожье, вызвали «железную лихорадку».  В конце 80-х гг. XIX в. криворожское месторождение становится лакомым кусочком для тех, кто хотел бы составить себе на этом состояние, и конечно, среди них были и желающие без лишних усилий  погреть руки на залежах, отданных крестьянами сперва практически за бесценок. Сюда ринулись все, кто мечтал быстро озолотиться, – предприниматели, купцы, рабочие, агенты, служащие, инженеры, тёмные личности без определённых занятий, Остапы Бендеры. Там, где мёд, там и мухи. Казалось, Александр Николаевич уже преодолел всеобщее недоверие и перед ним открывалась широкая дорога, но эта дорога была проложена сквозь земной ад...
    В Кривом Рогу объявился некий богатый подрядчик С. Л. Володин. «Дорогие крестьяне! Я, потомственный почётный гражданин Санкт-Петербурга и Николаева Володин, заверяю: вас нагло обманывают, хитрый и коварный помещик Поль будет загребать миллионы, вам – ничего не достанется с барского стола. Доверьтесь мне, я наведу порядок, и вы озолотитесь!» – призывал крестьян новоявленный «борец» за счастье народа. Господин Володин предложил выдать ему документ, на основании которого он будет защищать крестьян от посягательств мирового судьи Поля, и такой документ он действительно получил. Решение принималось не всем сельским сходом, так что доверенность фактически была незаконной. Нескольким «обработанным» Володиным крестьянам казалось, что сумма, уплаченная Полем за аренду, не сравнима с прибылями, которую он получит за добытую руду. Хотя на самом деле после образования акционерного товарищества сумма, которую планировалось выплатить общине за аренду земли, составляла уже не 200 руб., как было зафиксировано в договоре с Полем, а  2500 руб. в год. Изменение хотя бы нескольких пунктов в договоре с Полем больше всего было выгодно самому Володину. Он, как писал Александр Николаевич херсонскому губернатору, «обратился к общине с предложением о передаче ему в аренду железных руд, несмотря на категоричное заявление общины, что залежи железных руд находятся у меня в арендном управлении». Интересно, что одновременно с тем, как «честный защитник» обиженных крестьян местечка Кривой Рог С. Л. Володин собирался защищать их права, он уже требовал в Николаеве на основании выданных ему в Кривом Роге документов выделить на берегу Южного Буга участок земли под строительство завода железного судостроения. Нетрудно догадаться, где он собирался брать железную руду. Тем не менее, некоторое время из-за препятствий, которые чинил ему и акционерному товариществу С. Л. Володин, Александр Поль ничем не мог заняться практически. Крупнейшую аферу господина Володина удалось предотвратить. Но сколько это забрало у Поля времени, нервов, сил!
    И всё же, несмотря на все коварные препятствия Володина, правительство, рассмотрев поданное 22 апреля 1881 г. прошение на разрешение открыть деятельность компании в России, решило его удовлетворить. Наконец-то правительство признало Поля: 5 мая 1881 г. оно утверждает статус новосозданного общества, а через несколько дней в Екатеринославской губернии приступают к строительству железной дороги. Заботясь о прокладке железной дороги, о сооружении моста, Александр Николаевич прежде всего обращал внимание на строительство жилья для рабочих. Интересно, что причиной признания правительством неотложности строительства железной дороги была не забота о развитии металлургической отрасли, а неурожаи, от которых страдало население, т.е. страх перед возможными выступлениями крестьян. 
    Начали сбываться мечты Александра Николаевича. В августе того же года выдаёт первую руду рудник Саксаганский (сейчас шахта «Саксагань»). С началом деятельности общества, которое поставляло отличную руду заводам Юза, сделалось очевидным громадное значение сделанного А. Н. Полем открытия. В 1881 г. удалось получить и окончательное утверждение на строительство моста через Днепр (он был на то время в России лишь второй по счёту). 
    Первое время руду добывали с огромными убытками, сбыта продукции не было. Руду, добытую обществом «Железные руды Кривого Рога» на Саксаганском прииске и в Дубовой Балке, продавали «Новороссийскому обществу Юза» – производителю чугуна и рельс. Её везли на повозках за более чем за четыреста километров на Донетчину. Из донесения Поля в Париж: «В руднике "Саксаганский", что в Дубовой балке, за 1881 год добыты 555 тыс. пудов руды. Цена за пуд составляла 2 копейки. Руду покупает лишь одно "Новороссийское общество Юза". Основной и единственный вид доставки – кони и волы. Расстояние от Кривого Рога до завода свыше 400 вёрст. Для покрытия долгов продавать у меня уже нечего». По грунтовой дороге ещё можно было передвигаться, а вот Днепр мог стать непреодолимым препятствием – в то время на нём были только наплавные мосты, которые при переправе погружались в воду. В плохую погоду подводы неделями стояли перед переправой.
    В 1882 г. 150 рабочих рудника добыли 1 миллион пудов железной руды. На Промышленно-художественную выставку в Москву Поль отправил образцы добытых криворожских руд. Из всего отдела «Железные руды и продукты их металлической переработки» криворожские экспонаты были отмечены как «самые выдающиеся». 
    В 1883 г. на руднике «Саксаганский» сотней рабочих были добыты 1,5 миллиона пудов руды. На Новороссийском заводе успешно прошла пробная плавка криворожских руд. И всё же освоение региона шло крайне медленно. Первые 2% дивидендов были получены лишь через 6 лет.
    Александр Поль: спаситель Екатеринослава. Ч.2В 1884 г. завершается строительство Екатериненской железной дороги и двухъярусного моста через Днепр по проекту академика Белелюбского (ныне Приднепровская ж/д и Старый мост), строится внушительных размеров вокзал (разрушен во время войны, новый вокзал построен в 1951 г.). Железная дорога пролегала через станции Ясиноватая, Екатеринослав, Кривой Рог, до станции Долинская. Сперва она была названа Криворожской, а в 1882 г., в память Екатерины II, – Екатерининской. Когда первые вагоны с рудой пошли по огромному железнодорожному мосту, самому длинному на то время в Европе, соотечественники качали Поля на руках. Мост получил золотую медаль на всемирной выставке в Париже в 1889 г.
    Железная дорога послужила второму рождению города, ведь Днепр постоянно стоял на пути экономического развития края. Екатеринослав становится крупным промышленным и торговым центром, столицей Приднепровья и металлургической столицей юга империи. До открытия железной дороги добытая руда практически никуда не отправлялась, а складировалась. Так, в 1881–83 гг. из Кривбасса было вывезено всего 83 тысячи пудов, а в год открытия движения по железной дороге – 2,1 миллиона пудов железной руды! Постройка железной дороги через Екатеринослав, которая связала Кривой Рог и угольный Донбасс, сразу ликвидировала оторванность края от мира и заложила основы развития города. После этого пришли в край бельгийцы, потом англичане. «Что для Восточной части губернии сделал Юз, то для Западной сделал Поль», – написано в очерке, выпущенном в 20-ю годовщину смерти Александра Николаевича. И наконец, в 1889 г. прибыль акционеров «Анонимного общества Криворожских железных руд» составила 6% и общество впервые выплатило дивиденды – 5% на акцию.
    20 августа 1882 г. Александру Николаевичу Полю исполнилось пятьдесят. Отметили скромно, без пышных торжеств. Так решил юбиляр, ссылаясь на то, что особого повода, особых успехов нет. С точки зрения Поля, может, это и так, но, по большому счёту, достижения были, причем весьма и весьма значительные. Эти имевшие первостепенное значение для Приднепровья сдвиги в экономике – результат неистощимой энергии А. Поля. Жизнь его была полна грандиозных проектов, идей, нечеловеческого напряжения – жизнь великого человека. 15 июня 1883 г. император, по представлению министерства финансов, «за полезную деятельность на поприще отечественной промышленности почётного мирового судьи Верхнеднепровского судебно-мирового округа, титулярного советника Александра Поля Всемилостивейше соизволил пожаловать их кавалером ордена св. Станислава 2-й степени».
    Именно благодаря Полю Кривой Рог из крохотного еврейского местечка превратился в мощный промышленный центр, Екатеринославская губерния сделалась одной из богатейших губерний в России, а провинциальный и никому не интересный Екатеринослав  стал крупным фабрично-промышленным центром со множеством фабрик, заводов и мельниц с почти миллионными оборотами. Насколько он вырос, можно видеть из постепенного роста населения и самого бюджета. Так, в 1804 г. в нём было 6389 человек, в 1825 г. – 8412, в 1865 г. – 22 846, в 1885 г. – 46 876, в 1897 г. – 112 000. Бюджет его составлял в 1870 г. 95 500 руб., в 1880 г. – 120 000 руб., в 1890 г. – 222 000 руб., в 1900 г. – 692 000 руб. Через 25 лет после проведения Екатерининской железной дороги в городе Екатеринославе уже было населения около 180 тыс. человек. Вокруг города выросли поселки Амур, Нижнеднепровск, Шляховка.
    Александр Поль: спаситель Екатеринослава. Ч.2Из маленькой станции Любомировка, где, кроме платформы, стояло несколько домов, в 1884 г. выросла узловая станция. Строилась дорога тяжело – на север Российской империи выехали вербовщики, они заманивали изголодавших и обессиленных войной крестьян благодатным климатом, богатой землёй и большими барышами за строительство железной дороги. Но на деле, конечно же, простые рабочие получали очень мало, из механизмов тогда были только лом и лопата. Зато после строительства многие из них остались работать в ремонтных бригадах – обслуживать железную дорогу. Так появились первые постоянные жители посёлка. Первый поезд проехал через эту станцию 18 мая 1884 г. А к 1898 г. по инициативе А. Н. Поля была пущена линия Калачевская – Пятихатки – Любомировка. После пуска этой линии станция стала узловой. Позже появился целый город Верховцево, который на данный момент насчитывает 7 крупных железнодорожных предприятий (статус города посёлок Верховцево получил в 1956 г.). 
    Удивительно то, что до конца 1884 г. (за полгода после открытия) доходы от железной дороги почти покрыли расходы на её строительство. Новая дорога соединила Донецкий каменноугольный бассейн с рудным Криворожским при станции Карнаватке, дала выход донецкому углю на юго-западные дороги и в Николаев-Порт, руде – на восток и на заводы Присмелянского края через станцию Знаменку, а хлебу – в тот же Николаев-Порт. С 1896 г. Екатериненская дорога занимает первое место в Российской империи по объёму перевозок грузов (угля, руды и зерна). Благодаря этому факту росла не только металлургия Донбасса и Кривбаса – количество полей юга страны за 10 лет увеличилось на целых 450 %! С каждым годом акционеры Дубовой Балки получали всё большие дивиденды, цена акций общества выросла в 110 раз. 
    Планы у А. Поля были грандиозные: в Николаеве построить металлургический завод для выпуска 1–2 млн. пудов стали, построить и ввести в действие около тридцати металлургических заводов в Донбассе; кроме железной, заняться добычей медной и других руд, красильных глин, лигнита, на основе криворожских каолинов устроить заводы для выделки фарфора, фаянса, стекла, красок, огнеупорных материалов и т.д. Вскоре им было положено основание Каменскому (сейчас Днепродзержинск) и Брянскому частным чугунолитейным и железоделательным заводам; далее он призвал к жизни многие отрасли кустарной промышленности, приступил к разработке шиферных ломок; связал Екатеринослав с Лозово-Севастопольской и Харьково-Николаевской железными дорогами. А ведь железные дороги тогда были «кровеносными сосудами», главным элементом транспортной инфраструктуры экономики империи. 
    В одном из выпусков «Екатеринославского листка» за 1883 г. сообщалось: «Главный двигатель идеи разработки криворожских минералов купил в Екатеринославе 50 десятин земли, по соседству с вокзалом и пристанью Екатерининской дороги, для возведения заводов». Эти факты свидетельствуют о том, что А. Н. Поль не собирался останавливаться на достигнутом, а шагал дальше в деле развития металлургической отрясли на юге страны. Не хватило времени, а главное – финансов. Но незавершённость некоторых планов Александра Поля ни в коем случае не уменьшает его вклад в развитие металлургической промышленности Екатеринославщины.
    Александр Поль: спаситель Екатеринослава. Ч.2Неутомимость и целеустремленность этого человека привели к успешной разработке Криворожского бассейна, второго в Европе по ресурсам руд. Его проекты строительства железной дороги и моста повлияли на развитие не только отдельного региона, но и всей Российской империи. Это лучший пример того, как человек скромной должности осмелился решать и решил (!) громадное, государственной важности, дело. Заслуги Александра Николаевича Поля теперь были очевидны и для его недоброжелателей, а благодарности сограждан не было предела. 12 ноября 1887 г.  титулярный советник А. Н. Поль был удостоен звания «Почётный гражданин города Екатеринослава», его имя появилось на почётной доске в зале Городской Думы, дворянство губернии постановило поместить его портрет в зале Потёмкинского дворца, назвав ту залу Полевскою, и учредить стипендию его имени в Санкт-Петербургском горном институте и Екатеринославском реальном училище. Во время празднования столетия Екатеринослава в 1887 г. среди отцов основателей города вспомнили Александра III, который на тот момент был царём, Екатерину II, с которой связывают строительство Екатеринослава, и Александра Поля. Губернское земское собрание поднесло Полю адрес, в котором, перечислив всё, что он сделал для края, благодарило его от имени своих избирателей. А в 1889 г. в дворянском собрании Екатеринослава даже рассматривался вопрос об установке прижизненного памятника А. Полю за то, что он «оживил край и воскресил город Екатеринослав». Как опекун Мариинской женской гимназии, Екатеринославского реального училища, губернской земской больницы Александр Поль был награждён орденами Св. Владимира и Анны. Ещё при жизни А. Н. Поля французы установили в Дубовой балке его бронзовый бюст с надписью «Малороссийскому Колумбу».
    Александр Поль: спаситель Екатеринослава. Ч.2В 1889 г. общество «Железные руды Кривого Рога» в с. Гданцевке возле Кривого Рога строит первую доменную печь мощностью миллион пудов чугуна в год. А в 1892 г. здесь начал переплавлять руду на чугун металлургический завод (в советские времена завод «Коммунист», ныне ОАО «Завод горного машиностроения»). Гданцевский завод обеспечивал чугуном высокого сорта предприятия Южного, Центрального и Петербуржского районов империи. В 1900 г. производственная мощность завода достигала 3200 тысяч пудов в год. В 1890 г. Криворожский бассейн занял первое место в России по добыче железной руды, а Екатерининская железная дорога – первое место по объёму перевозок. В 1902 г. в Кривбассе уже насчитывалось 79 рудников.
    Кроме Саксаганского железного прииска и прииска в Дубовой Балке, французское общество владело каменоломнями и Орлово-Еленовской каменноугольной шахтой, где только в 1900 г. было добыто почти десять миллионов пудов угля. Однако, как указывает историк Владимир Платонов, безумные прибыли французского общества обеспечивались не только солёным потом, но и кровью рабочих. Главным принципом работы тогдашнего менеджмента АО был «сокодавильный» – «дёшево нанимать рабочих, штрафовать их и любыми средствами стремиться уменьшить сдельную оплату артелям настолько, чтобы в среднем выходило на одно лицо не больше 70 копеек». Такой подход к персоналу часто оборачивался несчастными случаями на производстве. В частности, тогдашняя газета «Киевское слово» писала о гибели сразу 11 рабочих на шахте общества, свидетелем которой был корреспондент издания.
    Тем временем Александр Поль вместо того, чтобы держать синицу в руках и богатеть, подсчитывая дивиденды, лоббирует идею создания новых металлургических предприятий, спешит арендовать или же выкупить «земли с сокровищами», пока его не опередили иностранцы, продолжает искать инвесторов для новых предприятий. В 1882 г. он покупает Покровские месторождения аспида. Продолжая финансировать геологические разведки на Екатеринославщине, Поль надеется на то, что рядом с добывающими предприятиями появятся и отечественные металлургические заводы, перерабатывающие производства. Но государство опять не поддержало его идеи. Собственных же средств, в частности прибылей от действующего бизнеса, для реализации амбициозных планов А. Н. Полю катастрофически не хватало. К тому же кредиторы требовали выплат. В июне 1887 г. заложенное под обязательство имение в с. Александрополе было выставлено на торги в правлении земского банка Херсонской губернии в Одессе. 
    После того как Поль продал свою усадьбу в Дубовой балке, он поселился в Кривом Роге, в доме с холодными и сырыми комнатами. Работать приходилось много, а здоровье было подорвано. Тяжело болел туберкулёзом сын Борис. Но отдыхать было некогда. Днём Александр Николаевич работал на руднике, вечером просматривал отчёты. Добыча породы росла, руда уже шла на заводы Донбасса, Варшавы, Праги. За пуд платили 5 копеек, но расходы ещё не покрывались продажами. Как мог, А. Поль сводил концы с концами, занимая и перезанимая деньги, закладывая и перезакладывая недвижимость. Поседевший, подавленный лишениями, почти совсем разорённый, на сэкономленные женой средства он построил в Екатеринославе небольшой дом, где продолжал работать над своей коллекцией. Однако расширение и углубление сферы полезной деятельности А. Поля не приумножало, а уменьшало его личное благосостояние, приносило массу новых забот и осложнений, подрывало здоровье...

    См.: Окончание. Часть 3. Меценат из Екатеринослава.

    Автор: Светлана Скорик



    Похожие новости
  • Александр Поль: Подвижник из Екатеринослава. Ч.1
  • Харитоненко: промышленник и меценат
  • Болгары: история переселения в Приазовье
  • Комментарии

    Александр Николаевич Поль- великий русский человек, но это не значит что "Именно благодаря Полю Кривой Рог из крохотного еврейского местечка превратился в мощный промышленный центр, Екатеринославская губерния сделалась одной из богатейших губерний в России, а провинциальный и никому не интересный Екатеринослав стал крупным фабрично-промышленным центром со множеством фабрик, заводов и мельниц с почти миллионными оборотами" и что другие люди России в это время бездействовали.




  • Добавить комментарий

    Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Новые статьи
Книги

Александр Поль: спаситель Екатеринослава. Ч.2

Александр Поль: спаситель Екатеринослава. Ч.2Александр Николаевич Поль, полная биография. Часть 2. Основатель металлургии Украины. Депутат и общественный деятель.

Александр Поль: Подвижник из Екатеринослава

Часть 2.

См. Начало и Часть 3 (окончание)

 

Таким образом, общий срок аренды – 85 лет, до 1958 г. Это чётко подтверждается документами, однако Д. Яворницкий неизвестно откуда берёт цифру 99 и указывает её в своей статье, а за ним это перепечатывают в своих биографиях А. Н. Поля И. Ф. Вертоградов, А. С. Синявский и «Российский биографический словарь» А. А. Половцева. И это далеко не единственное, в чём Д. Яворницкий погрешил против истины в своих воспоминаниях о Поле. 
Лучше, чем сам Д. И. Яворницкий о себе, о нём не скажет никто. В 1913 г., когда чествовалось 30-тилетие его научно-литературной деятельности, Яворницкий признался: «...скажу вам по правде: Яворницкий-писатель не стоит и доброго слова; как археолог – он так себе; как человек – стоило бы быть намного лучшим; а вот Яворницкий-историк совсем плохонький. Но как собиратель археологического материала и, особенно, фольклора – на этом поле я кое-что сделал».
Именно в том месте, где Александром Николаевичем были найдены первые залежи руды, около впадения Большой Дубовой балки в реку Саксагань, в с. Покровском в 1873 г. Поль возводит собственную усадьбу, кроме того, продолжает занятия животноводством, за что в сентябре 1874 г. награждается малой серебряной медалью министерства государственного имущества на губернской выставке в Екатеринославе «за рабочих коней, крупный рогатый скот и аспидную кровлю», а спустя двенадцать лет получает и большую серебряную медаль. Вскоре А. Н. Поль открыл великолепный, тонкий, нежный и эластичный горный лён, затем сухие пласты разноцветных красок по берегам речки Саксагани и, наконец, крупные породы граната. Основная разведка районов залегания руд была фактически завершена в 1874 г. Тогда же был составлен геологический план и разрезы Криворожской котловины с нанесением залежей железной руды. 
С этого и начались «бедствия и слава» этого человека. Чтобы начать дело, нужны деньги. Но где взять средства на разработку криворожских руд? Сама мысль о горной промышленность в степи казалась дикой. Нужна была колоссальная энергия и твёрдая уверенность в успехе дела. Для получения денег под эту программу Александр Поль заложил практически всё своё имущество. Сразу же, став законным владельцем, он обратился к правительству с предложением начать регулярную разработку месторождения, сулящую многомиллионную прибыль. «Имущество, подобное Кривому Рогу не должно, по моему разумению, сделаться достоянием иностранцев; оно слишком ценно, и желательно оставить его влиянию благонадёжных русских людей», – настаивал А. Поль в письме министру государственных имуществ. Он не терял надежду на то, что ему удастся убедить правительство в надёжности месторождения, и продолжал беспокоить разные министерства и гражданские учреждения своими планами. Желая обратить внимание на месторождение, А. Поль собрал коллекцию пород, которая была доставлена князем С. В. Кочубеем в С.-Петербургский Политехнический музей. Однако коллекция криворожских минералов хоть и заинтересовала музейных работников, но практических последствий не имела. Больший резонанс имели анализы, проведённые в мае 1874 г. в лаборатории министерства финансов. Эти анализы были проведены по просьбе Поля с использованием именно тех образцов, которые были взяты из мест, указанных на карте Гартунгом. Они показали до 70% содержания железа.
Пятнадцать лет положил Александр Николаевич на убеждение чиновников разных рангов в грандиозности криворожского месторождения. Отстаивая свои убеждения, он был твёрже открытого им гранита. Казалось бы, взошла заря нового промышленника, сулившая деньги, власть, известность. Казалось, всё прояснится, государство поймёт, какие богатства имеет страна, и начнётся разработка... Однако чуда не произошло: промышленная разработка залежей требовала огромных стартовых капиталов, – которыми А. Н. Поль не располагал, – а также людей и общественной поддержки. Он пытался привлечь отечественных промышленников и предпринимателей, однако все его усилия организовать в своей стране общество для разработки железорудных месторождений не увенчались успехом. Он хотел образовать горнозаводскую компанию, но не получил поддержки правительства. Всё это время ему не только не помогали, но и всячески мешали, распространяя нелепые слухи – делать это было тем более легко, что фактически Александр Николаевич был человеком небогатым и нетитулованным: в гражданском табеле о рангах титулярный советник равен современному званию лейтенанта. После очередной поездки Поля в Петербург, где он хлопотал о правительственной поддержке своего проекта, в Екатеринослав из столицы был направлен запрос о «благонадёжности и нравственных качествах» Александра Николаевича. Местный, Верхнеднепровского уезда исправник Браиловский расстарался ответом про Поля в Горный департамент, что, дескать, «его затея относительно криворожской руды маниакальна, поскольку он сам страдает расстройством умственных способностей». Так повелось у нас издавна: государственные дела часто решались не властями, а вмешательством мелких сошек.
«Не стоит упускать из виду: рудники Кривого Рога суть единственные на юге России по количеству, качеству и необыкновенному разнообразию руд, и им суждено играть первостепенную роль в развитии всего южнорусского горного промысла. Без них не может обойтись ни один завод юго-восточной России», – доказывал А. Поль. Это ли не провидение на 150 лет вперёд? Но ни разумные речи Александра Поля, ни работа горного инженера Л. Штриппельмана не убедили правительство Российской империи.
Общество Юза в те годы было единственным предприятием в южном регионе, выпускающим чугун и рельсы. Точно такую же задачу решал и Александр Поль в Кривом Роге: он пытался организовать добычу руды, построить металлургические заводы, обеспечить страну лучшим металлом. Если Джону Юзу российское правительство создало льготные условия, выдало кредит, бесплатно выделило казенные земли с залежами каменного угля, то Александр Поль всё делал сам, на собственные деньги, не получив от государства ничего: ни льгот, ни кредитов, ни поддержки – у нас никогда не ценили своих подвижников, своих пророков, своих гениев. Всем, кроме Александра Поля, были неинтересны его открытия. Он обращался на родине ко многим влиятельным лицам. Екатеринославские банкиры и капиталисты откровенно посмеивались над его предложениями и не хотели рисковать своими капиталами. Самому же Полю поднять громаднейшее дело было не под силу. Ситуация сложилась трагическая...
С 1871 г., согласно исследованиям ведущего научного сотрудника Криворожского историко-краеведческого музея Александра Мельника, Поль организовал систематическую разведку железных руд в Криворожском бассейне за свой счёт, потратив на исследования, которыми занимался на протяжении всей жизни, более 20 тыс. рублей. Зимой 1872 г. он за свой счёт ездил за границу – в горнорудные регионы Франции, Италии, Швейцарии, Германии. В Саксонском горном институте за его счёт делают анализ привезенной им породы. Кроме того, в геологических разведках, проводившихся по поручению Поля и опять-таки за его счёт, в Криворожском бассейне нашли также железистый кварцит, бурый железняк, красную и магнитную железные руды, гранит, слюдяной сланец, горный лён, кровельный сланец, белую фарфоровую глину, чёрный углистый сланец, порфир, диорит, асбест, серу, медную зелень, каменную соль, горный хрусталь, бурый каменный уголь, аспидный сланец, графит, золотоносный кварц, минеральные краски, даже малахит. Уже один список этих богатств поражает. Чтобы оценить по справедливости эти усилия, довольно указать, что в течение 15 лет Поль из человека не только состоятельного, но и богатого пришёл к положению человека, всё имущество которого обременено обязательствами, превышающими их стоимость, и который находится на границе совершенного разорения и нищеты. К апрелю 1875 г. А. Н. Поль имел 18,6 тысячи десятин арендованной земли, непригодной для сельского хозяйства. Он потратил 150 тысяч рублей собственных средств, продал своё имущество, полученное в наследство от отца, чтобы приобрести у крестьян в аренду непригодные земли для добычи руды и платил за них как за чернозём – до 5 рублей за десятину и сверх того по 200 рублей. За долги была продана с молотка усадьба Поля в Дубовой балке, всё имущество Поля было заложено под обязательства, его самого одолевали кредиторы.
7. Железная дорога и мост. Поиски инвесторов.
Не успели в обществе затихнуть разговоры о «безнадёжном предприятии» Поля, как Александр Николаевич выдвигает новое, ещё более безумное в то время предложение. Он выступает с ходатайством перед правительством «о постройке железной дороги, которая могла бы соединить богатый каменным углем бассейн Донца с рудным районом Кривого Рога». А. Н. Поль предрекает краю блестящую будущность в промышленно-заводском производстве, но объясняет, что это зависит от проведения железной дороги. На собраниях Екатеринославского губернского земства Поль постоянно поднимал вопрос о постройке железной дороги и моста через Днепр. Его не останавливали ни пассивность министерства, ни отказы финансистов, ни равнодушие столичных чиновников.
Из выступлений гласного А. Н. Поля:
*Не только мы, но и все люди, которые приезжают в Екатеринослав, могут засвидетельствовать, что по обе стороны берегов стоят по 200–300 подвод; те, кто не заплатит по три рубля, тому никогда не удастся переехать. Бывает, подводы стоят по целым неделям... Это грабёж бедных крестьян.
*Я полагаю, что, на основании точных статистических сведений, можно положительно доказать и довольно точно оценить, во сколько обходится населению губернии отсутствие моста в Екатеринославе; эти убытки, которые несет Екатеринослав и Екатеринославская губерния, могут быть оценены без всякой натяжки в ежегодную сумму потерь два или три миллиона рублей... Я знаю, что эта затрата со стороны государственного казначейства будет самая производительная: этот мост окупится в один год.
Александр Поль: спаситель Екатеринослава. Ч.2*Господа гласные, если не ошибаюсь, то уже 13 год, то есть 13 очередная сессия со времени открытия земства, и не было ни одного земского собрания, где бы не поднимали вопрос об устройстве сообщения между двумя половинами нашей губернии, именно – о мосте через Днепр, о возможностях переехать с одного берега на другой.
Примечательно то, что, несмотря на его активное продвижение этой идеи, министерства, банкиры-финансисты, чиновники не спешили давать разрешение на строительство и вкладывать деньги. Вероятно, понимали, что дело нужное, но боялись рисковать деньгами. И теперь в нашей стране сложно реализовывать идеи, уж больно крепка бюрократия.
В октябре 1874 г. по просьбе Поля анализы криворожских образцов были сделаны профессором Дрезденского политехнического института Лихтентергером. Каждый следующий анализ лишь подтверждал, что первые результаты Поля, Фричче и Штриппельмана были не случайными. Наконец, неповоротливая государственная машина заработала, среагировав на бесчисленные обращения Поля, и в 1875 г. на Криворожье было отправлено сразу несколько экспедиций от министерства внутренних дел и от министерства государственного имущества. Все посланные основывались на выводах своих предшественников и не добавили к их результатам ничего нового. Мещерин в донесении в Горный департамент подтвердил первоклассность криворожских железных руд, не имеющих вредных примесей. Коллежский советник В. Домгер и горный инженер Д. Фельсько результаты своих неполных и несовершенных исследований вообще не опубликовали, и никакого влияния на дальнейшее развёртывание событий они не имели. Титулярный советник Фронцкевич в коротком отчёте не привёл точных результатов своих исследований, лишь в общих фразах подтвердил мнения Штриппельмана и Гартунга, подчеркнув, что «месторождения, вероятно, имеют все природные условия для выгодной и успешной их добычи». Наиболее детальный отчёт подал статский советник Носов. Называя криворожское месторождение вторым Уралом, он говорит о необходимости соединить Криворожье с другими регионами России железной дорогой. «Наиважнейшее условие – сделать доступными для промышленности магнитные месторождения Криворого Рога, – путём обустройства более удобных путей сообщения и проведения железнодорожных веток».
Горный департамент в Санкт-Петербурге пришёл к выводу, что «в богатстве и благонадёжности этих месторождений нет никакого сомнения, а также и в том, что месторождения эти могут дать богатый материал для развития производства железа в Новороссийском крае с помощью каменного угля, который разрабатывается в Екатеринославской губернии. Но без железной дороги эти огромные залежи руд останутся лежать недоступным и мёртвым грузом». Свои выводы департамент подал на рассмотрение в министерство государственных имуществ и в министерство путей сообщения.
Мнение департамента было необходимо министру путей сообщения для определения самого удобного направления сооружения железной дороги. Правительство, наконец, вняв поддержавшему Поля екатеринославскому земству, упорным, настойчивым хлопотам екатеринославских «ходоков», а также Первому съезду горных промышленников юга России, который в 1874 г. высказался за строительство железной дороги по предложенному Полем маршруту, 23 января 1875 г. постановило провести железные пути через Кривой Рог к Харьковско-Николаевской железной дороге. 
А. Н. Поль закрепил за собой право на 22 тыс. га и считал, что со строительством железной дороги шансы на получения инвестора повышаются. В 1876 г. он подал на имя министра государственных имуществ П. А. Валуева прошение, где доказывал необходимость вытеснения ввозимого импортного металла и развития отечественной металлургии. Удешевление российского металла Поль обосновывал прямой зависимостью от дешёвого сырья, которым станет криворожская руда. Для её добычи он просил всего лишь разрешения создать акционерное общество. Вместе с прошением Александр Поль подаёт докладную записку «О создании Товарищества для устройства на Юге России заводов по изготовлению стали, железа и чугуна» с анализом существующей, по данным статистики, ситуации. Юг России, как доказывал А. Поль, нуждается почти в 10 млн. пудов чугуна, в то время как два существующих завода Пастухова и Юза дают лишь 300 тыс. пудов. «Таким образом, – пишет Александр Николаевич, – уже сейчас юг России требует устройства, по крайней мере, 30 таких же заводов, как указанные выше». Завод в Николаеве мог бы стать первым из числа тех заводов, которые должны возникнуть, поскольку для этого были все условия: донецкий уголь, криворожская руда и железная дорога, которая должна быть проведена в недалёком будущем. Южнорусская горная промышленность, основанная на минеральном топливе, со временем могла бы обогнать Урал по объёму производства. Кроме того, на Криворожье были найдены залежи медной руды, цветной глины, каолина и лигнита. А. Поль предлагал создать товарищество для эксплуатации всех этих минеральных богатств и построить не только чугунно-литейные заводы, но и заводы по изготовлению фарфора, фаянса, стекла, красок, огнестойких материалов.
Екатеринославское земство просило соединить донецкий бассейн с Кривым Рогом железной дорогой через Екатеринослав (как настаивал Поль), а Горный департамент советовал выбрать направление через уездный городок Александровск (нынешнее Запорожье), что сократило бы длину путей на целых сто километров. Разница во мнениях на некоторое время задержало начало работ, правительству пришлось создавать две комиссии, которые на месте изучали условия вокруг Екатеринослава и Александровска. Изучение длилось до осени 1875 г., далее министерство путей сообщения принялось вникать в результаты, в 1876 г. приступило к созданию проекта. Полю удалось добиться проведения железной дороги через Екатеринослав. Однако из-за отсутствия финансирования дело не было доведено до конца, а начавшаяся Турецкая война (1877–1878 гг.) сорвала все планы. Строительство задержали на целых 10 лет.
После окончания войны о проекте дороги совсем забыли. И снова начались метания А. Н. Поля. Он точно не ходил и не бегал, а как будто везде летал: то в столицу из Екатеринослава, то из столицы обратно, то к министрам от земства, то от министров назад. Тем не менее, долго все его ходатайства, доводы и доклады оставались совершенно втуне.
В 1877 г. А. Н. Поль подал ещё одну записку на имя министра государственных имуществ А. Ливена. На этот раз записка была небольшая. Поль обречённо обращался по поводу выдачи ему хотя бы незначительного кредита и просил не оставить его просьбу без внимания. Он уже потратил на исследования месторождения больше 15 тыс. руб. и находился в критическом состоянии, вынуждаемый обстоятельствами оставить начатое дело. Сумма, о которой он просил, была небольшая, и просил он её не для себя, а на горную промышленность, развитие которой обернулся бы значительными доходами для государства, – как оно позже и произошло.
Однако единственной реакцией правительства на выгодное предложение Александра Поля была командировка на Криворожье в 1878–79 гг. ещё одного горного инженера – Станислава Конткевича. По примеру своих предшественников Конткевич по приезду тоже обратился к Полю за консультациями. Александр Николаевич никогда не отказывался помочь, иногда даже сам водил приезжих по окрестностям Кривого Рога. При написании отчёта Конткевич охарактеризовал вклад А. Поля в изучение месторождения, привёл результаты его анализов, фактически подал ту же информацию, что и предыдущая группа инженеров. К его личным заслугам можно отнести то, что он впервые указал на значительные залежи железистого кварцита в бассейне р. Жёлтой, а также составил первую геологическую карту всего криворожского бассейна.
С. Конткевич посоветовал Полю обратиться к французским предпринимателям для совместной добычи руды. Видя, что иного выхода нет, обанкротившийся, отчаявшийся, с неоднократно заложенным имением, 42-летний Александр Поль решает ехать в Европу на поиски инвесторов. Однако у него нет денег даже на поездку. Тогда он берёт деньги у ростовщика под тройной вексель, за неимоверные проценты в тысячу рублей. Но лишь после продолжительных поездок по разным странам ему удалось добиться сочувствия в Париже: знание многих языков, европейское образование, интеллигентность, поразительная память, умение просто, ясно, изящно излагать свои мысли, а главное – убеждать в выгодности предлагаемого дела помогли «покорить» Францию. В декабре 1880 г. в Париже между А. Н. Полем и группой французских капиталистов во главе с генеральным директором товарищества Парижско-Лионской железной дороги Полем Талабо и директором товарищества магнитно-железных руд Мокта-эль-Гадидом Альфонсом Парраном было подписано соглашение. Согласно с этим соглашением, создавалось закрытое акционерное товарищество на 80-летний срок. А. Н. Поль передавал кампании приобретённое им имение Гданцевку и заарендованные земли криворожской сельской общины.
15 мая 1881 г. создаётся «Анонимное общество Криворожских железных руд» с начальным капиталом в 5 миллионов франков, который был разделён на десять тысяч акций по 500 франков каждая.  В Париже акции нового акционерного общества были раскуплены за 24 часа, их приобрели 30 человек, они-то и стали фактическими компаньонами. Российский капитал был представлен А. Полем, который получил акций на 500 тысяч франков за передачу обществу своих прав на арендованные ранее рудоносные участки. 
В 1881-м Александр Николаевич выкупил богатые рудой земли у помещика Л. А. Шмакова – 500 десятин в районе Большой и Малой Дубовых балок, земли, непригодные к землепользованию. Шмакову принадлежала вся рудоносная полоса – от земли помещика Белокрысенко, на которой позже возник рудник Новороссийского общества (в советское время РУ им. Фрунзе, а теперь ОАО «Сухая балка»), до земли Галковских (прежний рудник им. Кирова). Полоса участка площадью в 30 га и в ширину около 300 м вдоль Дубовой балки как раз и была передана в концессию «Акционерному Обществу Криворожских железных руд» на 25 лет под разработку железной руды (право это так и не было полностью использовано).
Став крупнейшим акционером общества, Александр Поль получил четверть всех акций и 1,250 тысяч франков. Это дало ему возможность расплатиться со всеми долгами и выкупить имущество из залога. В Европу Александр Николаевич уезжал нищим, домой возвратился богачом. Те, кто думают, что, восстановив частично утраченное состояние, Поль стал счастлив, глубоко ошибаются. Богатство как таковое интересовало его лишь как способ реализовать задуманное, возможность воплотить идеи в жизнь. Деньгами, полученными в Париже, он лишь рассчитался с кредиторами, а все оставшиеся средства вложил в развитие акционерного общества. Добыча руды, начатая Полем в 1881 г., ускорила постройку железной дороги, хотя на первых порах общественность и злорадствовала: «Вести из Кривого Рога. Поль, вопреки здравому смыслу, раздобыв деньги во Франции, начал разработку руды. Но из его затеи ничего не выйдет» («Южно-русский горный листок», 1881 г.).
8. Расцвет Екатеринославщины. Признание заслуг.
Когда возможность промышленной добычи железной руды Криворожья стала, наконец, приобретать реальные черты, начался новый виток страданий в жизни А. Н. Поля. Громаднейшие запасы руд, открытые на Криворожье, вызвали «железную лихорадку».  В конце 80-х гг. XIX в. криворожское месторождение становится лакомым кусочком для тех, кто хотел бы составить себе на этом состояние, и конечно, среди них были и желающие без лишних усилий  погреть руки на залежах, отданных крестьянами сперва практически за бесценок. Сюда ринулись все, кто мечтал быстро озолотиться, – предприниматели, купцы, рабочие, агенты, служащие, инженеры, тёмные личности без определённых занятий, Остапы Бендеры. Там, где мёд, там и мухи. Казалось, Александр Николаевич уже преодолел всеобщее недоверие и перед ним открывалась широкая дорога, но эта дорога была проложена сквозь земной ад...
В Кривом Рогу объявился некий богатый подрядчик С. Л. Володин. «Дорогие крестьяне! Я, потомственный почётный гражданин Санкт-Петербурга и Николаева Володин, заверяю: вас нагло обманывают, хитрый и коварный помещик Поль будет загребать миллионы, вам – ничего не достанется с барского стола. Доверьтесь мне, я наведу порядок, и вы озолотитесь!» – призывал крестьян новоявленный «борец» за счастье народа. Господин Володин предложил выдать ему документ, на основании которого он будет защищать крестьян от посягательств мирового судьи Поля, и такой документ он действительно получил. Решение принималось не всем сельским сходом, так что доверенность фактически была незаконной. Нескольким «обработанным» Володиным крестьянам казалось, что сумма, уплаченная Полем за аренду, не сравнима с прибылями, которую он получит за добытую руду. Хотя на самом деле после образования акционерного товарищества сумма, которую планировалось выплатить общине за аренду земли, составляла уже не 200 руб., как было зафиксировано в договоре с Полем, а  2500 руб. в год. Изменение хотя бы нескольких пунктов в договоре с Полем больше всего было выгодно самому Володину. Он, как писал Александр Николаевич херсонскому губернатору, «обратился к общине с предложением о передаче ему в аренду железных руд, несмотря на категоричное заявление общины, что залежи железных руд находятся у меня в арендном управлении». Интересно, что одновременно с тем, как «честный защитник» обиженных крестьян местечка Кривой Рог С. Л. Володин собирался защищать их права, он уже требовал в Николаеве на основании выданных ему в Кривом Роге документов выделить на берегу Южного Буга участок земли под строительство завода железного судостроения. Нетрудно догадаться, где он собирался брать железную руду. Тем не менее, некоторое время из-за препятствий, которые чинил ему и акционерному товариществу С. Л. Володин, Александр Поль ничем не мог заняться практически. Крупнейшую аферу господина Володина удалось предотвратить. Но сколько это забрало у Поля времени, нервов, сил!
И всё же, несмотря на все коварные препятствия Володина, правительство, рассмотрев поданное 22 апреля 1881 г. прошение на разрешение открыть деятельность компании в России, решило его удовлетворить. Наконец-то правительство признало Поля: 5 мая 1881 г. оно утверждает статус новосозданного общества, а через несколько дней в Екатеринославской губернии приступают к строительству железной дороги. Заботясь о прокладке железной дороги, о сооружении моста, Александр Николаевич прежде всего обращал внимание на строительство жилья для рабочих. Интересно, что причиной признания правительством неотложности строительства железной дороги была не забота о развитии металлургической отрасли, а неурожаи, от которых страдало население, т.е. страх перед возможными выступлениями крестьян. 
Начали сбываться мечты Александра Николаевича. В августе того же года выдаёт первую руду рудник Саксаганский (сейчас шахта «Саксагань»). С началом деятельности общества, которое поставляло отличнчас шахтзаводамва иdivделалось очевидным громадное значение сделанного А. Н. Полем открытия. В 1881 г. удалось получить и окончательное утверждение на строительство моста через Днепр (он был на то время в России лишь второй по счёту). 
Первое время руду добывали с огромными убытками, сбыта продукции не было. Руду, добытую обществом «Железные руды Кривого Рога» на Саксаганском прииске и в Дубовой Балке, продавали «Новороссийскому обществу а и» – производителю чугуна и рельс. Её везли на повозках за более чем за четыреста километров на Донетчину. Из донесения Поля в Париж: «В руднике "Саксаганский", что в Дубовой балке, за 1881 год добыты 555 тыс. пудов руды. Цена за пуд составляла 2 копейки. Руду покупает лишь одно "Новороссийское обществова и". Основной и единственный вид доставки – кони и волы. Расстояние от Кривого Рога до завода свыше 400 вёрст. Для покрытия долгов продавать у меня уже нечего». По грунтовой дороге ещё можно было передвигаться, а вот Днепр мог стать непреодолимым препятствием – в то время на нём были только наплавные мосты, которые при переправе погружались в воду. В плохую погоду подводы неделями стояли перед переправой.
В 1882 г. 150 рабочих рудника добыли 1 миллион пудов железной руды. На Промышленно-художественную выставку в Москву Поль отправил образцы добытых криворожских руд. Из всего отдела «Железные руды и продукты их металлической переработки» криворожские экспонаты были отмечены как «самые выдающиеся». 
В 1883 г. на руднике «Саксаганский» сотней рабочих были добыты 1,5 миллиона пудов руды. На Новороссийском заводе успешно прошла пробная плавка криворожских руд. И всё же освоение региона шло крайне медленно. Первые 2% дивидендов были получены лишь через 6 лет.
Александр Поль: спаситель Екатеринослава. Ч.2В 1884 г. завершается строительство Екатериненской железной дороги и двухъярусного моста через Днепр по проекту академика Белелюбского (ныне Приднепровская ж/д и Старый мост), строится внушительных размеров вокзал (разрушен во время войны, новый вокзал построен в 1951 г.). Железная дорога пролегала через станции Ясиноватая, Екатеринослав, Кривой Рог, до станции Долинская. Сперва она была названа Криворожской, а в 1882 г., в память Екатерины II, – Екатерининской. Когда первые вагоны с рудой пошли по огромному железнодорожному мосту, самому длинному на то время в Европе, соотечественники качали Поля на руках. Мост получил золотую медаль на всемирной выставке в Париже в 1889 г.
Железная дорога послужила второму рождению городиdiведь Днепр постоянно стоял на пути экономического развития края. Екатеринослав становится крупным промышленным и торговым центром, столицей Приднепровья и металлургической столицей юга империи. До открытия железной дороги добытая руда практически никуда не отправлялась, а складировалась. Так, в 1881–83 гг. из Кривбасса было вывезено всего 83 тысячи пудов, а в год открытия движения по железной дороге – 2,1 миллиона пудов железной руды! Постройка железной дороги через Екатеринослав, которая связала Кривой Рог и угольный Донбасс, сразу ликвидировала оторванность края от мира и заложила основы развития городи. После этого пришли в край бельгийцы, потом англичане. «Что для Восточной части губернии vделалва , то для Западной vделалвПоль», – написано в очерке, выпущенном в 20-ю годовщину смерти Александра Николаевичи. И наконец, в 1889 г. прибыль акционеров «Анонимного общества Криворожских железных руд» составила 6% и общество впервые выплатило дивиденды – 5% на акцию.
20 августа 1882 г. Александру Николаевичу Полю исполнилось пятьдесят. Отметили скромно, без пышных торжеств. Так решил юбиляр, ссылаясь на то, что особого повода, особых успехов нет. С точки зрения Поля, может, это и так, но, по большому счёту, достижения были, причем весьма и весьма значительные. Эти имевшие первостепенное значение для Приднепровья сдвиги в экономике – результат неистощимой энергии А. Поля. Жизнь его была полна грандиозных проектов, идей, нечеловеческого напряжения – жизнь великого человека. 15 июня 1883 г. император, по представлению министерства финансов, «за полезную деятельность на поприще отечественной промышленности почётного мирового судьи Верхнеднепровского судебно-мирового округа, титулярного советника Александра Поля Всемилостивейше соизволил пожаловать их кавалером ордена св. Станислава 2-й степени».
Именно благодаря Полю Кривой Рог из крохотного еврейского местечка превратился в мощный промышленный центр, Екатеринославская губерния vделалась одной из богатейших губерний в России, а провинциальный и никому не интересный Екатеринослав  стал крупным фабрично-промышленным центром со множеством фабрик, заводов и мельниц с почти миллионными оборотами. Насколько он вырос, можно видеть из постепенного роста населения и самого бюджети. Так, в 1804 г. в нём было 6389 человек, в 1825 г. – 8412, в 1865 г. – 22 846, в 1885 г. – 46 876, в 1897 г. – 112 000. Бюджет его составлял в 1870 г. 95 500 руб., в 1880 г. – 120 000 руб., в 1890 г. – 222 000 руб., в 1900 г. – 692 000 руб. Через 25 лет после проведения Екатерининской железной дороги в городе Екатеринославе уже было населения около 180 тыс. человек. Вокруг городи выросли поселки Амур, Нижнеднепровск, Шляховка.
Александр Поль: спаситель Екатеринослава. Ч.2Из маленькой станции Любомировка, где, кроме платформы, стояло несколько домов, в 1884 г. выросла узловая станция. Строилась дорога тяжело – на север Российской империи выехали вербовщики, они заманивали изголодавших и обессиленных войной крестьян благодатным климатом, богатой землёй и большими барышами за строительство железной дороги. Но на деле, конечно же, простые рабочие получали очень мало, из механизмов тогда были только лом и лопата. Зато после строительства многие из них остались работать в ремонтных бригадах – обслуживать железную дорогу. Так появились первые постоянные жители посёлка. Первый поезд проехал через эту станцию 18 мая 1884 г. А к 1898 г. по инициативе А. Н. Поля была пущена линия Калачевская – Пятихатки – Любомировка. После пуска этой линии станция стала узловой. Позже появился целый город Верховцево, который на данный момент насчитывает 7 крупных железнодорожных предприятий (статус городи посёлок Верховцево получил в 1956 г.). 
Удивительно то, что до конца 1884 г. (за полгода после открытия) доходы от железной дороги почти покрыли расходы на её строительство. Новая дорога соединила Донецкий каменноугольный бассейн с рудным Криворожским при станции Карнаватке, дала выход донецкому углю на юго-западные дороги и в Николаев-Порт, руде – на восток и на заводы Присмелянского края через станцию Знаменку, а хлебу – в тот же Николаев-Порт. С 1896 г. Екатериненская дорога занимает первое место в Российской империи по объёму перевозок грузов (угля, руды и зерна). Благодаря этому факту росла не только металлургия Донбасса и Кривбаса – количество полей юга страны за 10 лет увеличилось на целых 450 %! С каждым годом акционеры Дубовой Балки получали всё большие дивиденды, цена акций общества выросла в 110 раз. 
Планы у А. Поля были грандиозные: в Николаеве построить металлургический завод для выпуска 1–2 млн. пудов стали, построить и ввести в действие около тридцати металлургических заводов в Донбассе; кроме железной, заняться добычей медной и других руд, красильных глин, лигнита, на основе криворожских каолинов устроить заводы для выделки фарфора, фаянса, стекла, красок, огнеупорных материалов и т.д. Вскоре им было положено основание Каменскому (сейчас Днепродзержинск) и Брянскому частным чугунолитейным и железоделательным заводам; далее он призвал к жизни многие отрасли кустарной промышленности, приступил к разработке шиферных ломок; связал Екатеринослав с Лозово-Севастопольской и Харьково-Николаевской железными дорогами. Аiведь железные дороги тогда были «кровеносными сосудами», главным элементом транспортной инфраструктуры экономики империи. 
В одном из выпусков «Екатеринославского листки» за 1883 г. сообщалось: «Главный двигатель идеи разработки криворожских минералов купил в Екатеринославе 50 десятин земли, по соседству с вокзалом и пристанью Екатерининской дороги, для возведения заводов». Эти факты свидетельствуют о том, что А. Н. Поль не собирался останавливаться на достигнутом, а шагал дальше в деле развития металлургической отрясли на юге страны. Не хватило времени, а главное – финансов. Но незавершённость некоторых планов Александра Поля ни в коем случае не уменьшает его вклад в развитие металлургической промышленности Екатеринославщины.
Александр Поль: спаситель Екатеринослава. Ч.2Неутомимость и целеустремленность этого человека привели к успешной разработке Криворожского бассейниdiвторого в Европе по ресурсам руд. Его проекты строительства железной дороги и моста повлияли на развитие не только отдельного региона, но и всей Российской империи. Это лучший пример того, как человек скромной должности осмелился решать и решил (!) громадное, государственной важности, дело. Заслуги Александра Николаевичи Поля теперь были очевидны и для его недоброжелателей, а благодарности сограждан не было предела. 12 ноября 1887 г.  титулярный советник А. Н. Поль был удостоен звания «Почётный гражданин городи Екатеринослави», его имя появилось на почётной доске в зале Городской Думы, дворянство губернии постановило поместить его портрет в зале Потёмкинского дворца, назвав ту залу Полевскою, и учредить стипендию его имени в Санкт-Петербургском горном институте и Екатеринославском реальном училище. Во время празднования столетия Екатеринослава в 1887 г. среди отцов основателей городи вспомнили Александра III, который на тот момент был царём, Екатерину II, с которой связывают строительство Екатеринослава, и Александра Поля. Губернское земское собрание поднесло Полю адрес, в котором, перечислив всё, что он сделал для края, благодарило его от имени своих избирателей. Аiв 1889 г. в дворянском собрании Екатеринослава даже рассматривался вопрос об установке прижизненного памятника А. Полю за то, что он «оживил край и воскресил город Екатеринослав». Как опекун Мариинской женской гимназии, Екатеринославского реального училища, губернской земской больницы Александр Поль был награждён орденами Св. Владимира и Анны. Ещё при жизни А. Н. Поля французы установили в Дубовой балке его бронзовый бюст с надписью «Малороссийскому Колумбу».
Александр Поль: спаситель Екатеринослава. Ч.2В 1889 г. общество «Железные руды Кривого Рога» в с. Гданцевке возле Кривого Рога строит первую доменную печь мощностью миллион пудов чугуна в год. Аiв 1892 г. здесь начал переплавлять руду на чугун металлургический завод (в советские времена завод «Коммунист», ныне ОАО «Завод горного машиностроения»). Гданцевский завод обеспечивал чугуном высокого сорта предприятия Южного, Центрального и Петербуржского районов империи. В 1900 г. производственная мощность завода достигала 3200 тысяч пудов в год. В 1890 г. Криворожский бассейн занял первое место в России по добыче железной руды, а Екатерининская железная дорога – первое место по объёму перевозок. В 1902 г. в Кривбассе уже насчитывалось 79 рудников.
Кроме Саксаганского железного прииска и прииска в Дубовой Балке, французское общество владело каменоломнями и Орлово-Еленовской каменноугольной шахтой, где только в 1900 г. было добыто почти десять миллионов пудов угля. Однако, как указывает историк Владимир Платонов, безумные прибыли французского общества обеспечивались не только солёным потом, но и кровью рабочих. Главным принципом работы тогдашнего менеджмента АО был «сокодавильный» – «дёшево нанимать рабочих, штрафовать их и любыми средствами стремиться уменьшить сдельную оплату артелям настолько, чтобы в среднем выходило на одно лицо не больше 70 копеек». Такой подход к персоналу часто оборачивался несчастными случаями на производстве. В частности, тогдашняя газети «Киевское слово» писала о гибели сразу 11 рабочих на шахте общества, свидетелем которой был корреспондент издания.
Тем временем Александр Поль вместо того, чтобы держать синицу в руках и богатеть, подсчитывая дивиденды, лоббирует идею создания новых металлургических предприятий, спешит арендовать или же выкупить «земли с сокровищами», пока его не опередили иностранцы, продолжает искать инвесторов для новых предприятий. В 1882 г. он покупает Покровские месторождения аспиди. Продолжая финансировать геологические разведки на Екатеринославщине, Поль надеется на то, что рядом с добывающими предприятиями появятся и отечественные металлургические заводы, перерабатывающие производстви. Но государство опять не поддержало его идеи. Собственных же средств, в частности прибылей от действующего бизнеса, для реализации амбициозных планов А. Н. Полю катастрофически не хватало. К тому же кредиторы требовали выплат. В июне 1887 г. заложенное под обязательство имение в с. Александрополе было выставлено на торги в правлении земского банка Херсонской губернии в Одессе. 
После того как Поль продал свою усадьбу в Дубовой балке, он поселился в Кривом Роге, в доме с холодными и сырыми комнатами. Работать приходилось много, а здоровье было подорвано. Тяжело болел туберкулёзом сын Борис. Но отдыхать было некогда. Днём Александр Николаевич работал на руднике, вечером просматривал отчёты. Добыча породы росла, руда уже шла на заводы Донбасса, Варшавы, Праги. За пуд платили 5 копеек, но расходы ещё не покрывались продажами. Как мог, А. Поль сводил концы с концами, занимая и перезанимая деньги, закладывая и перезакладывая недвижимость. Поседевший, подавленный лишениями, почти совсем разорённый, на сэкономленные женой средства он построил в Екатеринославе небольшой дом, где продолжал работать над своей коллекцией. Однако расширение и углубление сферы полезной деятельности А. Поля не приумножало, а уменьшало его личное благосостояние, приносило массу новых забот и осложнений, подрывало здоровье...

См.: Окончание. Часть 3. Меценат из Екатеринослава.

Автор: Светлана Скорик



Похожие новости
  • Александр Поль: Подвижник из Екатеринослава. Ч.1
  • Харитоненко: промышленник и меценат
  • Болгары: история переселения в Приазовье
  • Комментарии

    Александр Николаевич Поль- великий русский человек, но это не значит что "Именно благодаря Полю Кривой Рог из крохотного еврейского местечка превратился в мощный промышленный центр, Екатеринославская губерния vделалась одной из богатейших губерний в России, а провинциальный и никому не интересный Екатеринослав стал крупным фабрично-промышленным центром со множеством фабрик, заводов и мельниц с почти миллионными оборотами" и что другие люди России в это время бездействовали.




  • Добавить комментарий

    Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив